УВАЖАЕМЫЙ РЕДАКТОР...

Дорогая передача! В ту субботу, чуть не плача,

Вся фейсбуковския манчо к обсуждениям рвалась,

Вместо чтоб поесть, помыться, с Библией в углу забыться,

Вся безумная грыбныця у экрана собралась.

Говорил, ломая руки, краснобай и баламут

Про засилие беспутных на просторах Церкви ТУТ.

Все мозги разбил на части, все извилины заплел,

И властитель фельетона сделал в странный мозг укол.

Уважаемый редактор, может зря не жечь реактор?

Не калечить дух как трактор? Ведь нельзя же, год подряд -

То сандеями пугают, дескать, подлые, кидают,

То велички дом ховают и без спроса говорят.

Мы кой в чем поднаторели, обсуждаем всех весь год

Только мы в своей гандели понимаем "Кто не врет!?"

Только нечесть обличили, уличили кто дурак,

Вот и жизнь! И вдруг уроды! Вот те раз. Нельзя же так!

Мы не сделали скандала, нам вождя недоставало.

Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков.

Но на происки и бредни сети есть у нас и бредни,

Не испортят нам обедни злые происки врагов.

Это их обман зловредный баламутит всех в саду,

Это все псевдоепископ явно гонит лабуду.

Мы усильно обличали и работали как ТАСС,

Где-то факты замечали, где-то ложь - не в бровь, а в глаз.

Тех, кто был особо боек, прямо мордой в унитаз.

Бился в пене параноик, - пастор тот, что крал у нас.

Всех мочили: иноверцы, гордецы, царьки, безверцы...

Нам не муторно на сердце и спокойно на душе.

Столько душ посменно воют!!! Раскалились добела.

Вот как сильно беспокоят нас величкины дела,

Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был,

Даже наш Главврач не сможет нашу правду запретить.

Вон Он, вот, с небес маячит, запретить войну нам хочет,

Подал знак кому-то, значит, кто то рвет нам провода.

Нам осталось уколоться и упасть на дно колодца,

И пропасть на дне колодца, там ведь вечная война.

Ну а завтра спросят дети, навещая нас с утра:

"Папы, папы, вы ответьте? что вы сделали вчера?"

Мы ответим чадам правду - им детям не все равно,

Омерзительное рядом, но хулить - запрещено.

А вот он – радист-надомник, Рудик, у него приемник.

Он его ночами крутит, ловит, контры на ФБ.

Он рулит блогцом по шмуткам и подвинулся рассудком,

К нам попал в волненьи жутком, с растревоженным желудком,

С номерочком на ноге.

Прибежал взволнован крайне, сообщеньем нас потряс,

Будто тот еписькоп странный будет деньги брать у нас.

Сгинул б он, свой дух утратив, весь распался б на куски,

Но его бездумно, тупо поддержали Рыбаки.

Как он выжил в катаклизме, как не помер в писсимизьме,

Ведь от нашей горькой клизьмы много люду полегло.

Мы по заднему проходу много разного народу

Прошвырнули всем назло.

Что случилось? Как он спасся? Каждый лез и приставал,

Но еписькоп только трясся и в ответ не отвечал.

Он то плакал, то смеялся, то щетинился как еж,

Он над нами издевался. Лжееписькоп, что возьмешь?

Он ведь бывший алкоголик, матерщинник и крамольник,

Он ведь должен быть безвольным, на ковер его, даешь!

Разошелся - так и сыплет: "Богу будем мы служить!"

Он никак не понимает, -  право нужно заслужить!

Где безумная идея - мы решаем не спеша,

Кто от Бога, кто достоин - мы клевреты Главврача.

С уваженьем, дата, подпись. Отвечайте нам, а то,

Если вы не отзоветесь, снимем вас со всех счетов!